A8. Отложенная беременность.
Беременную шаманку уговаривают либо заставляют камлать; она соглашается и достаёт из живота ребёнка (иногда – двойню), который остаётся на время в животе мужа, в простой одежде, в коробочке либо над входом в жилище.
Прибайкальские буряты, нганасаны, подкаменнотунгусские эвенки, центральные якуты.
Южная Сибирь – Монголия. Прибайкальские буряты: Румянцев 1969 (идинские) [первый хордутский шаман Долhото-Зогдор, прослышав о шаманке Мудай, отправился к ней в Обусу; подъезжая к юрте Мудай, он превратил коня во льва, а сзади на поводу повёл медведя; вместо кнута у него была тонкая змея, на правом плече его рос кедр, а на левом – ель; Долhото-Зогдор, попросил Мудай выйти ему навстречу; Мудай, находившаяся в этот момент в юрте, услышав, что приехал великий шаман, чтобы сразиться с ней, вынула из своей утробы трёхмесячный плод, положила его над дверью, села и крикнула великому шаману: «Залу хун идэрху, гулгун нохой шудэрху (юноша – задористый, щенок – кусачий)»; Долhото-Зогдор, войдя в юрту, упал замертво от нечистот плода, положенного Мудай над дверью; Мудай подумала, что если не воскресить сражённого ею шамана, могут возникнуть дурные последствия; она воскресила своего противника, совершив очищение корой священного дерева едо (пихты); ожив, Долhото-Зогдор дал клятву Мудай впредь никогда не причинять никакого вреда потомству Мудай (онгоевскому роду); Долhото-Зогдор остался в Обусе и жил в мире с Мудай-иби]: 86–87; Жамцарано 2001 (Ольхонский край, 1903 г.) [«В старину, лет 100 тому назад, не более, как-то русские чиновники вызвали бурятских шаманов и шаманок, чтоб посмотреть, как они будут шаманить, а в случае возможности истребить их. Из Забайкалья приехала молодая шаманка, красавица Модон. Из Куды Иркутской губернии – шаман Ахайтан. У него был товарищ Далаши. Из Хунты (Иркутской губернии) – Хутоохэйн хүбүүн Мужи. Они сперва раздробили камень, с корову величиной, на Топхое [возможно: Топхор], верхоленской горе, посредством заклинаний. В городе посадили их в тюрьму и подожгли снаружи. Они испустили из себя воду и потушили огонь. Чтобы показать своё могущество, взобрались на конях на собор и шаманили там. Чиновники попросили показать ещё какое-нибудь чудо. Тогда шаманка пустила в присутствии чиновников воду из окна в комнату. Потекла она, словно река, а в ней омули, омули... один другого жирнее. Чиновники поймали по рыбе. Потом оказалось, что они держались за свои члены... Напали на шаманов попы. Тогда превратились они в трёх хадаруунов (хариусов) и поплыли по Ангаре, а русские попы обратились в трёх щук и погнались за ними. Те обратились в три десятины хлеба. Русские – в 30 жнецов и начали жать. Шаманы – в один колосок, а потом – в три пня. Русские раскололи пни – осталась одна сердцевина. Шаманы – в трех булжухаев [пташек] и полетели к пятидесяти пяти тэнгриям. Попы – в трёх ястребов, и за ними. Но те с неба пятьдесят пять тэнгриев послали и “Шуhан бороо, шулуун мүндүр” [кровавый дождь, каменный град]. Побило градом крылья ястребам. Тогда начальство разрешило шаманам шаманить. Надо заметить, что шаманка Модон была беременна на третьем месяце. Но она вынула ребенка из “эхэйн хэмнэгhээ” [из материнского чрева] и положила в хэhэнэг – коробочку для стрел. Ребёнка взяла после победы, положила обратно во чрево и доносила до срока»]: 76–77.
Западная Сибирь. Нганасаны [1) шаманка Нейминьг забеременела от духов; люди попросили её пошаманить; сначала отказывалась, затем согласилась; парку сняла, живот пропал; время подошло – двух парней родила; они сразу шаманить стали; Нейминьг решила идти гостевать к своим Матерям; сыновья ей помогали; они шаманили; по дороге к Матерям старшего сына убили в воде семь людей на медных ветках; из комментария Ю.Б. Симченко: «Нейминьг начинает шаманить по просьбе людей. Тут упоминается любопытная деталь, которая часто повторяется в качестве шаманского чуда и в рассказах о других шаманках. Нейминьг начинает шаманить беременная. Во время камлания она становится тонкой в талии – живот беременной женщины пропадает»; 2) беременную шаманку из рода Нейминьг просят покамлать большие шаманы; она снимает парку, сворачивает её и просит не трогать; одевает шаманскую парку, начинает прыгать; живот у неё совсем пропал; вернулась потом, парку простую одела; живот опять появился; после неё все шаманы меньше силой стали]: Симченко 1996 (1): 66–68, 75.
Восточная Сибирь. Подкаменнотунгусские эвенки (Полигус, 1960 г.) [шаманка Деерок была беременной; её уговорили пошаманить над больным ребёнком; Деерок начала камлать, а плод из своего живота с помощью духов-помощников переложила в живот мужа; шаманка вылечила больного ребёнка, затем взяла плод от своего мужа; во время родов она сошла с ума, её испортили духи; они испортили и двух детей шаманки, те тоже стали сумасшедшими; с тех пор Деерок перестала перевоплощаться, перестала шаманить, будучи беременной]: Василевич 1966, № 20: 149–150 (эвенк. оригинал), 306–307 (рус. перевод); центральные якуты (архивные записи Г.В. Ксенофонтова) [«в I Атамае жила старая шаманка Евдокия–Атакаат. Ее называли айыы удаҕана. Эта старуха имела много потомков. Будучи беременной, она во время камлания становилась обычной женщиной. Говорят, что свой приплод оставляла духу огня. Перед смертью сказала: “Я не останусь на Средней земле, улечу на небо”. Если есть люди, “ставшие айыы”, то она должна быть им. При жизни ничего плохого не делала, перед смертью сказала, что не превратится в духа үөр. Она вечно спасала людей. Во время свадьбы уруу умерла сидя, как будто уснула. Шаманка совершала камлание покровительнице рогатого скота Иэйэхсит, спускаясь к Хозяйке земли. Только она могла путешествовать к ней. Туда не мог спускаться шаман, ходивший к заразной болезни быртах. Она камлала для предотвращения детской смертности, ее сопровождали семеро парней и семеро девушек»]: Васильев 2012: 32.