A9. Шаман-оборотень.
Внезапно умирает человек; его родственник или друг, родственники или друзья караулят около тела убийцу; появившееся ночью животное пытаются убить, ранят; животное сбегает; на следующий день выясняется, что в поселении умер либо находится при смерти шаман, который и был виновником гибели человека; иногда убийцу опознают по оставшемуся в ране оружию.
Нанайцы, ульчи, сахалинские нивхи.
Амур – Сахалин. Cунгарийские нанайцы (1903 г.) [ребёнок внезапно заболел и умер; его родители пригласили одного храброго человека, заперли дверь и окна, положили ребёнка на земле посредине дома; по обе стороны от него поставили по котлу; отец и пришедший человек спрятались в них, держа наготове острогу и копьё; пришла белая собака, стала пить кровь ребёнка; отец ткнул в неё острогой, попал; собака убежала; отец пошёл за ней, нашёл только острогу; человек сказал, что увидев собаку, «как будто сонным сделался»; ребёнка похоронили; великий шаман, живший в этой деревне, на утро тяжело заболел; говорил людям, что у него болит живот; люди сняли с него платье и увидели, что на животе была рана от остроги; в тот же день этого шамана не стало]: Котвич 1909, № 1: 10–11 (в том числе нанайск. оригинал; нем. перевод: Kotwicz 1981: 833–834); нанайцы, ульчи [широко распространена легенда о том, как убили шамана-чёрта; внезапно умершего человека ночью караулили храбрецы, желавшие наказать злого духа (амбан), убившего их родственника (или друга, односельчанина); ночью амбан в образе медведя или выдры приходил к телу умершего, чтобы его съесть; в него бросали оружие, он убегал; на следующий день обнаруживалось, что в соседнем селении умирал от раны шаман; приходили, смотрели – в его груди оказывалась острога (или наконечник стрелы) охотника; дух-помощник этого шамана был злым духом]: Смоляк 1991: 59; нивхи: Таксами 1977 (восточное побережье Сахалина) [два брата жили с родителями, сестрой и зятем; старший брат спустился со своим зятем по реке к сопке, чтобы искать соболя; сделали балаган; зять рубил дрова, его тесть пошёл за водой; зять до темноты своего тестя не дождался; потом спустился и увидел, что тот лежит мёртвый в воде; зять схватил его и принёс в дом; ночью, взяв копьё, ждал около своего порога; по реке вниз по течению смотрел; по реке, вверх по течению, два больших огня наравне поднимались; приблизились, подошли к двери; большой сивуч в дверь зашёл, зять исколол его своим копьём; сивуч упал мёртвым, потом ожил; зять увидел, что кровавый след ведёт к реке; на следующий день, когда приближался к своей деревне, встретил младшего тестя; тот сказал: «Я страшную новость имею. В эту ночь твоя старуха сразу, кровью истекая, умерла. Я-то испугался, пришел»; зять рассказал ему, что произошло вечером; они принесли тело старшего тестя в деревню; мать с сыном вместе сожгли; их мать – сильный шаман – к своему ребенку поднявшись, его убив, съесть хотела; в кашалота превратившись, поднявшись к нему, зло сделала]: 105–106; Певнов 2010, № 10 (место записи не указано) [два брата отправились на рыбалку; договорились объехать остров с разных сторон и затем встретиться; вечером младший брат нашёл старшего в лодке, приставшей к берегу; младший сел рядом, сорвал прутик, поставил его впереди себя, взял острогу и стал ждать (злого духа); когда стемнело, со стороны деревни прилетел орёл, сел на лодку с мёртвым; младший брат кинул в него острогу, попал; стали тянуть друг у друга, верёвка порвалась, орёл улетел; младший брат привёз старшего в деревню и похоронил; на другой день в соседнем доме все засуетились; младший брат пошёл туда, увидел, что шаман-сосед стонет, а другой шаман камлает рядом; из груди больного торчала острога; младший брат подошёл, выдернул свою острогу; шаман умер, а брат вернулся домой]: 57–58.